Дин Кунц. Кукольник



     Перед вами  игра страстен  - пьеса в  пяти актах  из китайского театра,
холодная сказка, чтобы остудить не в меру горячие головы.
     Харри и Диана Рекорд

     Сентябрь

     Сидя  в кабине, идиот и кукольник смотрели вперед в темноту,  на прямую
серую  ленту старой  дороги, по  которой  ехал  их  грузовик.  Идиота  звали
Себастьян  - явно неподходящее  для  него имя. Такое  имя, с  одной стороны,
предполагало личность и индивидуальность. Идиот же был абсолютно безликим. С
другой стороны, от человека с таким  именем естественно было ожидать веселья
и некоторой вспыльчивости. Но идиот, как правило, был  мрачен,  с выражением
вечного недоумения  на  лице.  Его черные  глаза пристально смотрели  из-под
козырька  нависающего лба; мясистые губы  казались обвисшими, а бледные руки
безвольно висели вдоль толстых ляжек.
     Кукольник, напротив, пожалуй, соответствовал своему имени. Мать назвала
его Пертосом  в  честь  Пертоса  Аримского  - героя  их  галактики,  который
очаровал всех  и  вся  своей улыбкой и  теплым взглядом.  Отец,  прежде  чем
покинуть мать с ребенком, дал  ему  фамилию Гедельхауссер,  но она была не в
ходу, тем более что имя оказалось на редкость подходящим. Даже сейчас, глядя
на  проносившийся  в  желтом свете  фар бетон под воздушной подушкой, Пертос
улыбался. И не то чтобы Пертос Гедельхауссер отличался веселым нравом. Вовсе
нет. Скорее наоборот: дело шло к  старости, а будущего оставалось все меньше
и  меньше. Просто в  обычном состоянии его  лицо  выглядело  так,  будто  он
улыбается.
     - Расскажи мне об этом, - сказал Себастьян, сгорбившийся на сиденье так
низко, что над панелью приборов возвышалась одна его голова.
     - О чем?  -  спросил  Гедельхауссер.  Последние  несколько часов  идиот
находился в глубокой задумчивости, а это  значило, что он озадачен очередной
проблемой.
     - О городе.
     Пертос видел, что совсем не это беспокоит  недоумка. Но он  не возражал
против того, чтобы поболтать с Себастьяном, даже если  говорить придется ему
одному.
     - По-моему, я тебе рассказывал о нем уже раз сто.
     - Еще.
     Кукольник  вздохнул, откинулся на  холодный пластик сиденья,  расправил
плечи и выпрямил шею. Он в очередной раз подумал о том, как было бы здорово,
если бы идиот мог  водить машину.  Но однажды он уже дал Себастьяну руль и с
тех пор не имел ни малейшего желания повторять этот опасный эксперимент.
     - Ладно, -  сказал  он. По  правде говоря, ему  даже  хотелось услышать
собственный голос, чтобы хоть как-то заглушить въедливый гул вращающихся под
ними ротаров и отвлечься от безрадостных мыслей.
     - Только помедленней, - предупредил Себастьян.
     - Конечно. Так вот... Он называется Город Весеннего Солнца, но так было
не  всегда.  Много лет  назад, еще  до  того  как  люди  покинули  Землю, он
назывался Бостон. Тогда он был грязнее. Беднее.
     -  Мне больше нравится Город Весеннего Солнца,  -  произнес  Себастьян,
кивая головой, словно соглашаясь с этим.
     - Я так и думал, - сказал Пертос, - а на мой вкус, слишком красиво.
     - Что?
     - Не важно. Тебя ведь интересует, что было, а не мое мнение.
     - Рассказывай.
     - Четыреста лет назад, как раз перед  Эмиграцией, когда Земля считалась
единственной  обитаемой планетой,  а звезды казались  холодными  и далекими,
Бостон   был   настоящим  адом.  Ты  ведь  знаешь,  что  такое   ад.   Клубы
отвратительного  дыма,  вредные  испарения,  грязная  питьевая  вода.   Дома
содрогались от страшного шума, свойственного  перенаселенному  миру. Природа
приходила в  упадок.  Общество - тоже. Повсюду  небольшие группы  людей вели
между собой изощренные - а порой и не слишком изощренные - войны.
     - А кто был герой? - спросил Себастьян.
     -  Никто. Герои бывают только  в сказках,  а  история  Города Весеннего
Солнца -  быль. - Пертос  не слишком рассчитывал, что  идиот поймет  все эти
тонкости, хотя и продолжал:
     - Вместо  одного лидера у них был коллективный герой - множество людей,
работавших  вместе.  Они открыли  дорогу  к  звездам, и за ними  последовали
десятки миллионов.  Желание познать  Вселенную было столь же  непреодолимым,
как и тяга к пригодным для жизни мирам.
Copyright © 2010 sflib.ru