Дин Кунц. Кукольник
     Себастьян нервно улыбнулся. Тримкин положил руку ему на колено.
     - Передай своему хозяину, что мы приветствуем его благоразумие.
     Себастьян кивнул.
     Оживленно  обсуждая свой  триумф,  члены Лиги  повернулись  и,  обогнув
место,  где стоял грузовик,  скрылись в холодной тишине своего,  казавшегося
безжизненным  города. Себастьян  смотрел  им  вслед и вслушивался,  пока  не
затихло  эхо  гулких  шагов.  Потом  он  выскользнул  из  кабины  грузовика,
захлопнул дверь и побежал  в театр. Теперь ему предстояло либо избавиться от
тела, либо оказаться  пойманным, когда  назавтра вернется Тримкин и  поймет,
что его обманули.
     Первым  делом Себастьян отсоединил  все секции Горна, что умел  делать,
поскольку последние пять лет  занимался  этим постоянно.  Он уложил секции в
специальные ниши прицепа,  и гибкие мягкие  прокладки обволокли  их контуры,
словно заключив в объятия. Потом он вынес из комнат все афиши и личные вещи.
Он  еще и  еще раз  прошел по  всем комнатам, чтобы убедиться, что ничего не
забыл.  В последнюю очередь  он заметил свернутый ковер и не смог вспомнить,
принадлежал ли он Пертосу. Потом  он понял, что это не ковер, а покрывало, в
которое  что-то завернуто. Себастьян разорвал веревку и развернул  вспухшее,
почерневшее  тело Элвона Руди, и  только тогда он вспомнил события прошедшей
ночи полностью и понял, что должен избавиться от двух трупов, если не желает
попасть в лапы властей и оказаться  в  маленькой камере, куда они запрут его
на  всю  оставшуюся жизнь, в той  самой камере, которую  всегда упоминал его
дядя в  своих длинных рассказах,  когда, напившись,  с садистским  упорством
старался добиться от юного Себастьяна эрекции.
     Ему  казалось,  что в театре некуда спрятать  трупы,  пока  случайно не
зашел  в подвал. Себастьян осторожно  сделал несколько шагов. Сердце стучало
невероятно быстро. Потолочные  лампы в большинстве ячеек перегорели, и треть
помещения  не  освещалась.  То, что  можно  было разглядеть,  не производило
отрадного впечатления. Хотя театр насчитывал более  двухсот лет, его активно
посещали лишь три-четыре недели в году, и подвал не считали нужным содержать
в таком же расточительном великолепии, как верхние помещения.
     В одном месте путь  почти полностью преграждала такая  густая  паутина,
что Себастьян  побоялся идти дальше.  На паутине  сидели  два паука, которые
быстро  забегали взад-вперед,  словно  оценивая  его как  возможную  добычу.
Каждый из них был величиной с большой палец. То тут, то там вздымались белые
шелковистые бугорки,  из которых торчали лапки и крылышки мертвых насекомых,
которых пауки запасли впрок.
     Себастьян постарался пробраться, не дотрагиваясь до паутины, но  тут же
подался  назад, почувствовав, как нити напряглись  и зазвенели. И тут же ему
почудилось, что это Пертос попался в сеть. Но он больше  не хотел иметь дело
с призраком кукольника. С этим было покончено.
     Себастьян вернулся  по  лестнице в театр, нашел  в комнате, где  прежде
лежали афиши, длинную палку  и, вернувшись, разорвал паутину,  преграждавшую
путь.
     Он раздавил одного из пауков. От того осталось лишь мокрое место.
     Себастьян огляделся  в  поисках  второго.  Тот  поспешно  карабкался по
ступенькам, затем вильнул вбок и исчез.
     Идиот вдруг почувствовал отчаянную потребность знать, где этот паук, но
когда добрался до последней ступеньки, того и след простыл.
     Теперь  ему, как  никогда,  захотелось  выбраться  из  подвала.  И  он,
возможно,  так  и  сделал  бы, если  бы  не  услышал  впереди  в  полутемных
подвальных помещениях громкое журчание воды. Она шумела, как река.
     Дженни...
     Он шел на шум воды, пока не обнаружил в полу  большой круглый дренажный
люк. Он находился на фут ниже уровня пола и был закрыт тяжелой металлической
крышкой.  Себастьян  отодвинул  крышку  и  заглянул внутрь.  Тусклого  света
оказалось  достаточно, чтобы  он  смог разглядеть  на глубине четырех  футов
быстро бегущий поток. То тут, то там в темной  воде кружились клочки бумаги,
листья и палки. Пахло нечистотами, и Себастьян  понял, что это, должно быть,
канализационные  стоки  города, которые  стекают  в  какой-нибудь  подземный
отстойник или в море.
Copyright © 2010 sflib.ru