Гарри Гаррисон. Крыса из нержавеющей стали призвана в армию
Сержант разглядывал нас с нескрываемым презрением.
     - Кажется, кто-то  все-таки  дышит.  Не  дышать,  покуда  не  разрешу!
Первому, кто вздохнет, врежу в самое подходящее место!
     В ответ - мертвая тишина. Вскоре то один, то  другой  новобранец  стал
пошатываться. Застонав, один упал в обморок. Я бесшумно дышал носом. Кто-то
захрипел - не выдержал. Сержант тут же подскочил к нему, и самое подходящее
место на теле новобранца оказалось солнечным сплетением. Взвизгнув,  жертва
рухнула на пол, а остальные стали хватать ртом живительный воздух.
     - Это вам маленький урок, - процедил сквозь зубы  сержант.  -  Поняли,
что я имею в виду?
     - Да, - тихонько пробормотал я. - Что ты - садомазохист.
     - Что я приказываю, а вы  исполняете,  иначе  пеняйте  на  себя.  -  В
заключение  этой  неприятной  сентенции  у  него  перекосилось  лицо,  губы
разжались, и блеснули желтые клыки.  Далеко  не  сразу  я  понял,  что  это
означает улыбку.
     -  Садитесь,  ребята,  устраивайтесь  поудобнее,  -  вдруг  благодушно
предложил он.
     "Куда? - подумал я.- На голый пол? Кресла же убраны".
     Сержант любовно похлопал себя по мешку сала, перетянутому ремнем.
     - Меня зовут Клутц, строевой сержант Клутц. Но не вздумайте обращаться
ко мне по имени - это привилегия старших по званию. Для вас  я  -  сержант,
сэр или мастер.  Вы  должны  быть  скромны,  исполнительны,  почтительны  и
покорны. Я не стану описывать наказания за  несоблюдение  этих  требований,
потому что недавно поел и не хочу портить себе пищеварение.
     По шеренгам прокатился тихий стон при мысли о том, какие  ужасы  могут
испортить пищеварение этому чреву.
     -  Как  правило,  достаточно  один  раз  наказать  самого  строптивого
рекрута, чтобы сломить его дух. Но  иногда  его  приходится  наказывать  во
второй раз. В третий раз у нас никого не наказывают. Хотите знать, почему?
     Налитые кровью глаза скользнули по нам, и мне  захотелось  забиться  в
угол.
     - Поскольку вы слишком тупы, чтобы ответить на этот вопрос,  я  отвечу
сам.  В  третий  раз  орущего,  брыкающегося,  зовущего   мамочку   рекрута
запихивают в особую камеру. Там из него с шипением уходят девяносто  девять
целых, девяносто девять сотых процента влаги. Знаете, на что он  становится
похож? Хотите посмотреть?
     Он полез в карман и достал крошечную фигурку обезвоженного рекрута. На
лице бедняжки навеки застыл невыразимый ужас.
     Солдаты застонали, наиболее слабые попадали без чувств. Сержант  Клутц
улыбнулся.
     - Да, вот так в итоге выглядит непокорный. После казни  его  крошечное
тельце месяц висит в казарме на доске объявлений, в назидание остальным,  а
после, вместе с игрушечной лопаткой, чтобы было чем выкопать  могилку,  его
кладут в почтовый конверт и отсылают родным. Вопросы есть?
     - Простите, сэр, -  послышался  дрожащий  голос.  -  Скажите,  процесс
обезвоживания - мгновенный или... медленный и мучительный?
     - Хороший вопрос. Ты уже пробыл один денек в  армии,  так  неужели  не
догадаешься?
     Снова стоны, шум  падения  бесчувственных  тел.  Сержант  одобрительно
кивнул.
     - Ладно. Сейчас я скажу, что вас ждет в ближайшем будущем. Мы летим  в
ЛНПС на ВБМ, то есть в лагерь начальной  подготовки  Слиммарко  на  Военной
базе Мортстерторо. Там вы постигнете основы солдатской науки. Некоторые  из
вас не выдержат начальной подготовки и будут похоронены со всеми  воинскими
почестями. Запомните это. Запомните и то, что обратного пути у вас нет.  Вы
станете справными солдатами - или мертвецами. И поймете, что военная служба
трудна, но справедлива. Вопросы есть?
     В тишине у меня громко заурчало в животе, а изо рта выскочили слова:
     - Да, сэр. Когда нам дадут поесть?
     - Крепкий у тебя желудок, как я погляжу.  Обычно  новобранцам  суровая
правда военной жизни портит аппетит.
     - Сэр, я желаю честно исполнить свой долг. Солдат обязан быть  сильным
и выносливым, а для этого надо хорошо питаться.
     Сопя и таращась на  меня,  Клутц  обмозговал  (если  в  данном  случае
уместно это слово) мой довод.
     - Ладно, будем считать, что ты сам  напросился  идти  за  пайками  для
всех.
Copyright © 2010 sflib.ru