Гарри Гаррисон. Месть крысы из нержавеющей стали
  Я
рванул регулятор до  отказа  назад  и  нагнулся,  снова  пытаясь  прочитать
приборную доску. Того, что я искал, там не было! Затем я заметил  еще  один
ряд кнопок сбоку и с трудом разобрал надписи на них при  плохом  освещении.
Вот оно! Я поднял голову и увидел, что вот-вот врежусь в  первый  грузовик.
Солдаты вываливались из него и  разбегались  в  разные  стороны.  Мои  ноги
лихорадочно нажимали на педали. Я нащупал колесные тормоза, с силой  бросил
руль вправо, сделав вызывающий содрогание поворот. Примерно  полметра  было
оторвано ударом о крышу кабины.  Меня  ослепила  оранжевая  вспышка,  когда
кто-то выстрелил в меня, и  понятия  не  имею,  куда  угодила  пуля.  Затем
самолет развернулся, и я понесся в противоположном направлении. Теперь  уже
на полной скорости. Мелькали огни взлетно-посадочной полосы, все быстрее  и
быстрее. Я был вынужден держать руль одной рукой,  потому  что  другая  моя
рука нащупывала ремни безопасности.  Одна  пряжка  отсутствовала,  когда  я
обнаружил, что сижу на ней. Уже приближался  конец  ВВП.  Я  защелкнул  ее,
схватил руль обеими руками и слетел  с  ВВП.  Самолет  не  набрал  взлетной
скорости и потому не оторвался от земли, когда я потянул штурвал  на  себя.
Самолет поскакал по  грейдеру,  стремительно  приближаясь  к  той  каменной
стене,  на  которую  я  смотрел  весь  вечер.  Все  быстрее  и  быстрее,  к
неизбежному столкновению.
     Я должен был это сделать в строго определенный момент. Чуть раньше или
чуть позже - и то и другое было бы одинаково гибельно. Когда стена  выросла
перед самолетом, и можно было рассмотреть сочленения блоков, я  решил,  что
теперь в самый раз, и кулаком  ударил  по  кнопке  катапультирования.  Бам!
Последовательность событий была слишком стремительной,  чтобы  уследить  за
ними. Но все сработало как надо. Прозрачная маска защелкнулась  перед  моим
лицом, фонарь отлетел вместе с треском взрывчатки, а сиденье хлопнуло  меня
с такой  силой,  что  у  меня  возникло  ощущение,  будто  мой  позвоночник
сократился вдвое. Совсем как в замедленной съемке, я проплыл вверх и  прочь
от самолета, видя перед собой отвратительно долгое мгновение  голый  камень
стены. А затем я перелетел через нее, и теперь впереди было  только  темное
небо. В самой высокой точки моей дуги  у  меня  за  спиной  снова  раздался
треск. Подняв голову, я увидел взвивающийся за мной белый  столб  парашюта.
Он раскрылся с шуршанием, сиденье отпустило меня, и в следующий  миг  этого
зубодробительного спуска мимо пронеслась стена  какого-то  здания.  Сиденье
ударилось о землю  и  перевернулось.  Купол  парашюта  медленно  опустился,
завернув меня в свои складки. Должен сказать, что в  тот  момент  я  вообще
ничего не видел и  не  делал.  События  развивались  даже  быстрее,  чем  я
планировал, а этот последний аккорд был просто ошеломляющим. Разинув рот, я
жадно глотнул воздух, потряс головой и наконец собрал  достаточно  здравого
смысла, чтобы ударить по кнопке  быстрого  освобождения  и  сбросить  ремни
аварийного устройства. После этого я пополз, держа голову как можно ниже, и
наконец  выбрался  из-под   парашюта.   Мужчина   и   женщина   стояли   на
противоположной стороне улицы и пялились в моем направлении. Больше  никого
не было видно. Признаки активности доносились вроде бы  с  другой  стороны,
из-за обрисовывающейся позади меня большой  черной  стены.  Пламя  осветило
небо, вился дым, я слышал громкие хлопки загорающихся боеприпасов. Здорово!
     - Испытание нового снаряжения! - крикнул я зрителям  и,  повернувшись,
рысью скрылся за углом. В темном подъезде я  стащил  с  себя  комбинезон  и
бросил  поверх  него  шлем.  Неопознанный  и   свободный,   я   зашагал   к
"Робот-Отелю".
     - Блестяще задумано, Джим, - сказал я и слегка потрепал себя по плечу.
     И в тот же миг сообразил, что теперь я  нахожусь  вне  базы  и  должен
найти способ вернуться туда до рассвета. Я поспешил вытолкнуть эту мысль из
головы. В первую очередь -  первоочередное.  Я  должен  был  отделаться  от
настоящего Васко для того, чтобы без опаски взять  на  себя  его  роль.  Он
шевелился, когда я вошел: ерзал в  постели,  мотал  головой  из  стороны  в
сторону.
Copyright © 2010 sflib.ru