Гарри Гаррисон. Месть крысы из нержавеющей стали
 Но ты  представить  себе  не  можешь,  какие
угрозы высказывал этот отталкивающий субъект.  Не  думаю,  чтобы  я  смогла
прожить хоть минуту с подобным мозгом...
     Она застыла, ее глаза незряче выкатились, хотя веки не закрылись. Край
подверг ее пытке. Я понял в этот  миг,  что  ему  не  жить,  если  я  смогу
заполучить его в свои руки. Лицо его  вновь  появилось  на  экране,  и  мне
потребовалось усилие, на какое я не считал себя способным,  чтобы  спокойно
посмотреть на него и ничего не сказать.
     - Теперь вы явитесь ко мне, ди Гриз, и сдадитесь. У вас осталось  лишь
несколько минут. Вы знаете, что случится с вашей женой, если вы не явитесь.
А если вы сдадитесь, ее тотчас же отпустят.
     - Какие у меня гарантии, что вы сдержите свое слово?
     - Никаких гарантий. Но у вас нет выбора, не так ли?
     - Я приду, - сказал я насколько мог спокойно и отключил телефон, но не
раньше, чем услышал, как Ангелина крикнула мне за кадром: "Нет!".
     - Эта одежда уже высохла? - спросил  я,  одновременно  срывая  с  себя
рубашку и скидывая сапоги.
     - Вот-вот высохнет, - ответила Бейз. Она и еще  одна  девушка  держала
фены над клизандским мундиром,  который  я  счел  наиболее  подходящим  для
такого  случая.  Он  насквозь  промок  в  ванне  с  химикалиями  и   теперь
подвергался принудительной сушке.
     - Он уже достаточно хорош. Больше ждать мы не можем.
     Осталось несколько влажных пятен, но это не имело значения. Мы  вышли.
Внизу, в доке отеля, нас ждал катер с включенным мотором. Пока что все  шло
хорошо. На берегу стояла машина  с  доктором  Мутфаком,  который  сидел  на
заднем сиденье с черным чемоданом на коленях.
     - Не нравится мне это, - ворчал он себе под нос. - Это явное нарушение
врачебного этического кодекса.
     -  Война  -  нарушение  любого  кодекса,  этического  или  морального,
уродство, против которого допустимо использование любого  оружия.  Сделайте
то, о чем вас просили.
     - Я  сделаю  это,  об  отказе  не  может  быть  и  речи.  Но  человеку
позволительно делать замечания об этической стороне совершаемого.
     - Замечания делайте на здоровье. Но одновременно наполняйте шприц.
     Мы припарковались в темноте на боковой улице, Октагон был за углом.
     - Катализатор, - сказал я. - И смотрите, не  пролейте  ни  капли.  Под
мышки, туда, где на влажность не обратят внимания.
     Я поднял обе руки и почувствовал тепло жидкости из термоизолированного
контейнера, а затем быстро опустил руки, чтобы мокрая ткань оказалась между
боками и предплечьями. Затем я вылез из машины и просунул  руку  в  окошко.
Игла вонзилась мне в кожу, и дело было  сделано.  Заворачивая  за  угол,  я
слышал, как отъезжала машина. Октагон  вырисовывался  передо  мной,  словно
гора, небо позади него начало светлеть. Мы  дотянули  до  предела.  Впереди
находился вход, тот, к которому меня направили, и  возле  него  двое  серых
людей ждали меня. У обоих пистолеты не были вытянуты из  кобуры.  Они  были
очень уверены в себе. Я молча подошел к ним, и один  из  них  защелкнул  на
моем запястье поводковый браслет, после чего меня провели через дверь, мимо
молчаливых часовых. Поднимаясь по лестнице,  я  споткнулся  и  после  этого
внимательно смотрел под ноги,  чтобы  видеть,  куда  их  ставить.  Инъекция
начинала действовать. Я ничего не говорил, а мои конвоиры по своей  обычной
манере тоже молчали.  Они  просто  тянули  и  подталкивали  меня  в  нужном
направлении и наконец втолкнули в какую-то комнату. Оказавшись внутри,  они
наставили на меня свои пушки, пока снимали браслет.
     - Одежду долой! - приказал один из них.
     Потребовалось усилие, чтобы не улыбнуться. Сбоку стояли  флюороскоп  и
другое проверочное устройство. Эти типы оставались  верны  шаблону,  следуя
той же методе, которую  применили,  когда  меня  захватили  в  первый  раз.
Неужели они не понимали, что рутина в случае  проигранной  игры  становится
ловушкой? Нет, не понимали. Я неловко стащил с себя одежду и дал  им  вволю
поработать надо мной. Они, конечно, ничего  не  нашли,  поскольку  находить
было нечего. Точнее, была одна вещь, которую, как я надеялся, им не  найти.
Copyright © 2010 sflib.ru