Гарри Гаррисон. Рождение стальной крысы
где-то здесь. Почему они не оставили его в живых?
     - Оставить отличного стрелка и фехтовальщика? Об этом не могло быть и
речи. Капо Доссия пожелал повесить его тело  во  дворе  замка,  чтобы  оно
висело там, пока не сгниет. Никогда не видел его в таком гневе.
     Жизнь медленно  возвращалась  в  мое  онемевшее  тело.  Я  отполз  со
звериной тропы, по которой я до этого пробирался по лесу, и спрятался  под
сенью низкорослого кустарника, расправляя за собой примятую траву.  И  как
раз вовремя.
     - Смотри - он вышел из воды вот в этом месте. И пошел по этой тропе.
     Тяжелые шаги приблизились ко мне и прошагали мимо. Я стиснул в  руках
оружие и сделал единственно возможное в  этой  ситуации.  Затих,  лежа  на
траве, и ждал, когда силы окончательно вернутся ко мне. Должен признаться,
что это был довольно скверный момент  в  моей  жизни.  Один,  без  друзей,
трясущийся от боли, смертельно усталый, преследуемый вооруженными  людьми,
посланными  убить  меня,  мучимый   жаждой...   Можно   еще   перечислять.
Единственное, чего мне недоставало, так это вымокнуть до нитки под дождем.
     И дождь пошел!
     В жизни бывают взлеты и падения, прекрасные и отвратительные моменты,
возвышенные и подавленные состояния души,  но  чувства  никогда  не  могут
переполнить вас до предела. Если вы кого-нибудь любите очень сильно, вы не
сможете любить его еще сильнее. Я так думаю. Никогда не имел личного опыта
на этот счет. Зато у меня было  предостаточно  опыта  насчет  попадания  в
волчьи ямы. Где я и находился сейчас. Дальше  опускаться  было  некуда,  и
ничто не могло ввергнуть меня в еще большее уныние. Разве  что  дождю  это
удалось. Я начал потихоньку хихикать - затем  мне  пришлось  прикрыть  рот
рукой, чтобы не расхохотаться вслух. Когда же смех утих, во мне  поднялась
ярость. Так не обращаются со скромной, но разозлившейся  Стальной  Крысой!
Которая к тому же опасается заржаветь. Я выпрямил ноги и с трудом  подавил
вырвавшийся  стон.  Боль  все  еще  не  отпускала,  но  злость  начала  ее
заглушать. Я зажал в руке ружье и воткнул меч в землю  и,  ухватившись  за
ветки деревьев свободной рукой, заставил себя подняться на ноги.  Опершись
на меч, я стоял, раскачиваясь из стороны в сторону. Но не падал. Наконец я
смог сделать один нетвердый шаг, за ним другой, и зашагал, еле  передвигая
ноги, прочь от своих преследователей и уголовного окружения  Капо  Доссия.
Лес был довольно густой, и я пробирался  по  невидимым  тропам  неизмеримо
долгое время. Я оставил  погоню  далеко  позади,  я  был  в  этом  уверен.
Поэтому, когда лес начал редеть, а затем и совсем кончился, я  прислонился
к дереву, переводя дух, и оглядел вспаханные поля. Настало время вернуться
в логовище человека. Там, где  есть  пахота,  должны  быть  и  пахари.  Их
нетрудно было найти. Когда ко мне вернулись силы,  я  побрел,  спотыкаясь,
вдоль кромки поля, готовый  в  любую  минуту  скрыться  в  лесу  при  виде
вооруженного  человека.  И  тут  я  очень  обрадовался,  увидев  небольшой
фермерский домик. Он словно врос в землю и был покрыт соломой, и в нем  не
было окон. По крайней мере с этой стороны. Зато был дымоход,  из  которого
тонкой струйкой поднимался дымок. Топить печь в таком знойном  климате  не
было необходимости, значит это был кухонный очаг. Еда. При мысли о еде мой
желудок начал бурлить и урчать, и выражать недовольство. Я  чувствовал  то
же самое. Не мешало бы подкрепиться и промочить горло. Нельзя  было  найти
лучшего места для этого, чем эта заброшенная богом  и  людьми  ферма.  Это
правда. Я зашагал по борозде к дому и, обойдя его кругом,  очутился  перед
входом. Никого. Но через открытую дверь неслись чьи-то голоса, даже смех -
и запах стряпни! Ура! Я медленно прошел в открытую дверь, через прихожую.
     - Привет, народ. Смотрите-ка, кто пришел к вам на обед.
     Вокруг отдраенного скребком деревянного стола их собралось не меньше,
чем  с  полдюжины,  молодых  и  старых,  толстых  и  худых.  С  одинаковым
выражением крайнего удивления на лицах. Даже ребенок перестал  плакать  и,
подражая взрослым, уставился на  меня.  Седой  старикан  нарушил  всеобщее
оцепенение, вскочив с такой поспешностью, что его  табурет  о  трех  ногах
перевернулся на пол.
Copyright © 2010 sflib.ru