Гарри Гаррисон. Стальная крыса отправляется в ад
     --  Говори!  --  потребовал  я.  --  Докладывай!  Медробот  загудел  --
различные  программы  сортировали  и  тасовали вводимые данные,  в считанные
микросекунды сопоставляли и согласовывали результаты.
     --  Пациент перенес контузию и получил сотрясение мозга.  --  Компьютер
говорил  мужским  голосом  -- сочным и  успокаивающим.  --  Все  ссадины  --
поверхностные.  -- Передо мной  молниеносно двигались  щупальца и сверкающие
инструменты. -- Они обеззаражены и закрыты. Введены необходимые антибиотики.
     -- Помоги ей очухаться! -- рявкнул я.
     --  Сэр,  если  под термином "очухаться" вы  подразумеваете  приведение
пациента в сознание, то это уже сделано.
     Не  знаю, можно ли  обидеть компьютер,  но мой  мед-робот говорил таким
тоном, будто его оскорбили в лучших чувствах.
     -- Что случи... --  пролепетала красавица, моргая огромными фиолетовыми
глазами, перед которыми все расплывалось.
     --  Это меня не устраивает,  --  процедил  я  сквозь зубы,  обращаясь к
медроботу. -- Накачай ее стимуляторами или чем-нибудь в этом роде. Я  должен
с ней поговорить.
     -- Но пациент серьезно травмирован...
     -- Но не смертельно, -- сказал я. -- Судя по твоим же  словам. А теперь
добейся,  чтобы она заговорила.  Понял  ты,  сверхдорогой набор микросхем? А
иначе закорочу твои РОМ, ПРОМ и ЭПРОМ!
     Похоже,  это возымело действие. Ровена снова  заморгала и посмотрела на
меня.
     -- Джим...
     --  Во  плоти,  моя  сладкая. Не  пугайся,  Ровена,  все  будет хорошо.
Рассказывай, что стряслось. Где Анжелина?
     -- Пропала... -- ответила она. И ее роскошные  ресницы затрепетали. А я
заскрежетал зубами и, поймав себя на этом, кое-как изобразил улыбку.
     -- Это я уже слышал. Где пропала?  Когда? При каких обстоятельствах? --
Я умолк -- почувствовал, что вхожу в раж.
     --  В Храме Вечной  Истины. --  Больше  она  ничего  не сказала.  Снова
закрылись глаза. Но я уже услышал достаточно.
     -- Лечи ее!  -- крикнул я на бегу компдворецкому.  -- Сторожи!  Вызывай
"скорую"!
     Полицию я не упомянул -- не  хотел, чтобы  плоскостопые путались у меня
под ногами.
     -- Заводись! --  вбегая в  гараж, приказал  я  атомоциклу.  --  Ворота,
отворяйсь!
     Я  вскочил  в  седло, выжал полный  газ  и  сорвал нижнюю, запоздавшую,
створку ворот.  Едва  не  задавив на тротуаре гуляющую парочку,  я проскочил
между  двумя машинами и с ревом  понесся по  дороге. А  куда понесся? Это не
мешало бы выяснить.
     --  Справочная! --  крикнул я  в  телефон атомоцикла.  -- Срочно!  Храм
Вечной Истины! Адрес!
     На  свежерастрескавшемся обтекателе  спроецировалась  карта города. Под
визг покрышек я свернул за угол и увидел мигающую лампочку коммуникатора. Не
иначе,  ответ  на мой  срочный вызов.  Его могли  получить только  Анжелина,
Джеймс и Боливар.
     -- Анжелина! -- воскликнул я. -- Это ты?
     -- Боливар. В чем дело, папа?
     Я  доложил  кратко  и  по существу, затем повторил рассказ, когда подал
голос Джеймс. Я не имел представления, где находятся сыновья,  но это сейчас
не  играло роли. Достаточно было знать,  что они осведомлены и спешат ко мне
на  помощь.  Нам  еще  ни  разу  не  случалось  пользоваться  сигналом  "три
шестерки",  который требовал бросать  все дела и  мчаться  к  тому,  кто его
послал.  Я  сам  это  придумал,  когда  птенцы  решили покинуть родительское
гнездо. Чтобы прийти на выручку, если кто-нибудь из них попадет в передрягу.
Так мне это представлялось. Но вышло так, что первым о помощи воззвал я. Они
выслушали и  сразу отключились -- знали, ни к чему отвлекать меня  ненужными
расспросами.
     Я круто свернул за последний угол и нажал на тормоз. К небу поднимались
клубы маслянистого дыма, в искалеченном здании умирал огонь под ливнем белой
пены из  пожарного  вертолета.  В  груди  моей  разрастался ледяной  ком.  Я
несколько секунд оставался в  седле -- глубоко дышал,  стараясь взять себя в
руки,  -- а затем бросился к  развалинам. Двое в  синих  мундирах попытались
заступить  мне путь и растянулись на тротуаре. Затем передо  мной возник  их
предводитель,  --  упитанный, с обилием золотого  шитья на  мундире; за  ним
сомкнули ряды многочисленные  шавки.
Copyright © 2010 sflib.ru