Гарри Гаррисон. Стальная крыса отправляется в ад
     -- Значит, местная растительность и живность должны бояться дождя.
     -- А его здесь не бывает. Посмотри, на небе ни облачка.
     -- Зато прочие формы жизни к воде претензий не имеют. Я  видел у берега
несколько водоплавающих.
     -- И  некоторые разновидности  зеленых растений тянутся к  воде корнями
или чем-то наподобие. Предположим, они, как  и мы, большей частью состоят из
воды...
     -- А  потому  вполне  могут  оказаться  съедобными,  --  подхватил я  с
растущим воодушевлением.  -- Мы не можем  питаться  стеклянными тварями,  но
вполне вероятно, заморим червячка на островах.
     -- Ты читаешь мои мысли.
     Я почесал подбородок и скользнул взором по  голому берегу ближайшего из
крупных  островов. Он находился самое большее в  двухстах метрах от  нас. За
песчаным  пляжем  виднелись  зеленые   заросли,   они   были  гораздо   выше
кустарников, покрывавших островок, на котором побывала Анжелина.
     -- А еще нам не мешает подумать о том, -- сказал я, -- как выбраться со
Стекла.  Надо вернуться в  то  место, куда нас затащили Слэйки. Чтобы Койпу,
когда наладит машину, сумел нас найти.
     --  Он ее сможет  наладить не  раньше,  чем  изобретет и  построит,  --
заметила  моя  практичная супруга.  --  Предлагаю  оставить записку, где нас
искать. А  потом сходим  на разведку.  Если мы  намерены  здесь задержаться,
необходимо найти пищу.
     -- Умница. -- Я восторженно поцеловал  ее. -- Отдохни, наберись  сил. Я
сбегаю оставлю записку.
     Я побежал трусцой, но вскоре перешел на шаг -- избыток кислорода вызвал
приступ  неудержимого  хихиканья.  Затем  передо мной  встала  исключительно
серьезная проблема  --  на чем  писать  послание для Койпу?  Но  я решил эту
задачку,  пока  добирался  до полянки.  В кармане  лежал  бумажник,  набитый
обесцененными деньгами  и бесполезными  кредитными  карточками, и на  каждой
стояла моя нынешняя фамилия. Я пробороздил носком ботинка аккуратный круг, в
его  центре положил бумажник,  затем  оторвал  от рубашки лоскут, обмотал им
руку,  набрал  разноцветных  осколков  стекла  и  соорудил  из  них стрелку,
указывающую  на тропу,  а  под  стрелкой  выложил  слово  ОСТРОВА.  И отошел
полюбоваться  делом  рук  своих.  Отличная работа,  Джим.  В тебе  пропадает
великий художник. Когда прибудут спасатели, они сразу это поймут.
     Когда я вернулся к  Анжелине, уже смеркалось и она крепко спала. Воздух
был  теплым, а песок мягким, и денек выдался не из легких. Я  улегся рядом с
женой и, кажется, сразу заснул. Когда она похлопала меня по плечу и я открыл
глаза, было уже светло.
     -- Доброе утро,  спящая  красавица, которой  давно не мешает побриться.
Пора вставать.  Предлагаю  напиться  океанской водицы, а затем отправиться в
плаванье на поиски завтрака.
     -- Позволь,  я тебе кое-что покажу. -- Я  достал  из кармана матерчатый
сверток.  -- Это от моей  рубашки. А другим куском  обернул рукоятку,  чтобы
пальцы не порезать.
     -- Дорогой, ты у меня такой предусмотрительный.  -- Она полюбовалась на
стеклянный кинжал и вернула мне. -- А он не растает, пока будем плыть?
     -- Не растает, милая, если держать его над головой,  а грести свободной
рукой.
     --  Я вышла замуж за атлета. Ну что, поплыли? В  несколько  гребков она
добралась до первого,  самого маленького острова, и там  терпеливо дождалась
меня. Мы  двинулись  к противоположному берегу. Внезапно она  остановилась и
показала.
     --   Вон  там.  Под  тем  растением  помесь  чахоточного   осьминога  и
полузасохшего  кактуса.  Кусты,  о  которых  я  тебе говорила. С  оранжевыми
фруктами. Чистый яд.
     Мы поплыли к  другому  острову. Пришлось помучиться, но зато ни  единой
капли не упало на лезвие. Сопя и пыхтя, я вышел на берег и огляделся. Может,
тут найдутся другие фрукты или ягоды, не слишком ядовитые?
     -- Смотри, похоже на тропку.
     --  Если это  тропа,  значит, ее  кто-то  протоптал.  И этот  "кто-то",
возможно, небезобиден.
     -- Не забывай,  со  мною мой верный  клинок. -- Я развернул  тряпицу  и
любовно протер ею лезвие.
     -- Коли так, иди первым.
     Тропка на самом деле оказалась тропой, ее протоптало множество ног, или
лап,  или  иных  конечностей.
Copyright © 2010 sflib.ru