Гарри Гаррисон. Стальная крыса поет блюз
Глава 8
-- Я недоволен ходом операции, -- недовольно произнес я, зачерпывая ложкой почти безвкусную кашу, служившую, по-видимому, основой существования туземного населения и лучшим украшением стола. -- Кто бы спорил. -- Стинго подозрительно уставился в собственную миску. -- Эта гадость не только с виду напоминает клей -- она и на вкус не лучше. -- Ага, она тебе враз кишки к ребрам приклеит. Я разинул рот. Неужели у Флойда прорезалось чувство юмора? Вряд ли. Вон он какой серьезный, похоже, сам не понял, что сострил. Можно, конечно, спросить у него, но сейчас есть темы и поважнее. -- Я не только ходом операции недоволен, но и компанией, с которой мы все еще вынуждены якшаться. Свиньяром и его гадкими поросятами. Почти день угробили, а толку? Если находка у фундаменталистов, то какого, спрашивается, лешего мы тут делаем? -- Но ведь ты обещал им концерт, -- вполне обоснованно напомнила Мадонетта. -- Они мастерят что-то вроде эстрады, созывают народ. Ты ведь не хочешь огорчить фанов? -- Боже упаси, -- пробормотал я уныло и отодвинул миску. Не мог же я рассказать им про яд замедленного действия и о том, что через семнадцать суток мой занавес упадет. Ну и черт с ним. -- Давайте собираться. Может, успеем чуток порепетировать. Хочу убедиться, что все исправно и мы -- в хорошей форме. Я на это очень надеюсь. Мы с превеликим облегчением поднялись из-за стола и потащили реквизит к эстраде. Она являла собой дощатую платформу исключительно халтурной работы; опорами служили стволы деревьев, между ними валялись брусья -- чтобы подпереть настил, если чересчур просядет. Публика неспешно и опасливо скапливалась на поле. Ближе всех к эстраде располагались маленькие семейные подразделения; возглавлявшие их мужики с мечами или дубинами не спускали глаз со своих дам. Ничего удивительного -- в рабовладельческом обществе свои законы. Я пребывал в плохом настроении и не хотел, чтобы оно передалось остальным. -- Ну что, ребята? Начинаем? Закинув рюкзак на эстраду, я вскарабкался следом. -- Вот оно, первое наше выступление "живьем" в краю непуганых слушателей. Если, конечно, не считать того концертика в честь прибытия. Давайте покажем, на что способна стая настоящих Стальных Крыс! С нашим появлением публика набралась храбрости и приблизилась к помосту. Пришедшие последними спешили занять места. Пока ребята настраивали инструменты и пробовали голоса, я выпустил несколько громовых раскатов, заставивших народ позадирать головы и уставиться в небо. Когда мы были готовы, через толпу проплыл Свиньяр с парочкой вооруженных тяжеловесов. Они помогли ему вскарабкаться на эстраду, где он картинно воздел руки. Наступила тотальная тишина. Я не знал, чем это объяснить: почтением, ненавистью, страхом или всем в совокупности. Как бы то ни было, Свиньяра это устраивало. Он с улыбкой обвел публику взглядом, приподнял огромное пузо, чтобы заткнуть за ремень большие пальцы, и заговорил: -- Свиньяр заботится о своем народе. Свиньяр ваш друг. Свиньяр пригласил Стальных Крыс, чтобы они усладили вас волшебной музыкой. Поприветствуем их, друзья мои! Публика отозвалась гулким шепотом. Пока Свиньяр конферировал, его присные взгромоздили на эстраду массивное кожаное кресло; оно жалобно скрипнуло под жирным атаманским седалищем. -- Начинайте, -- велел он нам и откинулся на спинку кресла с видом записного меломана. -- Ладно, ладно, мы готовы! -- выпалил я в микрофон, пристегнутый к лацкану, и над публикой прошелестел мой усиленный вздох. -- Мы рады видеть вас, любители популярной музыки! По зову наших сердец и прихоти легавых, которые, как все вы знаете, сцапали нас за наркоту, мы прилетели на вашу солнечную планету! И привезли музон, знаменитый на всю Галактику! Первый номер мы с удовольствием посвящаем любезному знатоку музыки Свиньяру! -- Он одобрительно кивнул, и я рассыпал по окрестным полям барабанную дробь. -- Песня, которую вы сейчас услышите и, надеюсь, полюбите, объединит нас, заставит смеяться и плакать вместе.
Copyright © 2010 sflib.ru